RUSENG
Свободный танец

Пресса

10 мая 2005 МУРАД МЕРЗУКИ: «ВСЕ В НАШЕМ МИРЕ СВЯЗАНО, ДАЖЕ ТО, ЧТО КАЖЕТСЯ НЕСОВМЕСТИМЫМ…»

…С начала многие говорят: «а ну-ка, посмотрим, что это за „свободный танец“ такой…» Потом — бывает по-всякому. Иногда выходит человек из зала — и первые слова его: «Я ничего не понял!» — Но следом, как ни странно, часто спрашивают: «А когда у вас следующий такой фестиваль?» Такой — это про единственный в Украине международный фестиваль современного танца и перформанса, пять лет назад родившийся в Днепропетровске. Родившийся, добавим, на пересечении векторов противодействия немногих профессионалов официальному равнодушию в родной Украине ко всему, что не вписывалось в успехи в области балета и гопака, — и всесторонней государственной поддержки во Франции развития творческих хореографических поисков и их продвижения по миру …

Через 4 года фестиваль «Свободный танец» уже представлял Украину (впервые!) на крупнейшем мировом форуме современной хореографии в Дюссельдорфе. И гордится он не только и не столько накопленным количеством флагов стран-участниц в «хвосте» символа Фестиваля — воздушного змея (многие хореографы и танцевальные трупы из России, Австрии, Венгрии, Молдовы, Беларуси, Польши, Чехии, Швеции, да и Франции с удивлением узнавали совсем новую для них страну — и «столицу современной хореографии» Украины), — сколько тем, что, кажется, удалось избежать опасности сползания в «местечковость».

В нынешнем году просторные залы фитнес-комплекса «Цунами» еле вместили всех желающих заниматься в фестивальных мастер-классах по техникам современного танца из Киева, Одессы, Львова, Новой Каховки, Донецка, со всей Днепропетровщины. Да и в зрительных залах замечены были профессионалы и любители отовсюду.

И ещё — судя по ответам на фестивальную анкету, около 80% публики, заполнявшей залы «Свободного Танца» на протяжении всех фестивальных вечеров, впервые осознали свой интерес к этому непростому виду искусства.

И первым шоком, по признанию многих, был «хип-хоповый» спектакль «SOLO»в исполнении именитой французской труппы «КАФИГ». О нём и многом другом у лидера труппы Мурада МЕРЗУКИ удалось узнать нашему корреспонденту Людмиле ТОМЕНЧУК.

 — Господин Мерзуки, украинская публика с восторгом приняла Ваш спектакль «Solo». А каким было начало Вашей танцевальной карьеры?

 — Вначале нас никто не воспринимал всерьез — ни в театрах, ни в других культурных организациях. Поэтому, несмотря на всю раскованность стиля hip-hop, мы ощущали себя как в клетке. В то время в нашей труппе была немецкая танцовщица с традиционным балетным образованием: танцуя в стиле hip-hop, она хотела вырваться из «клетки» классической хореографии. Все это вместе и привело к тому, что свой первый спектакль мы назвали «Kafig», что в переводе с арабского и немецкого значит «клетка». А потом это же название получила и наша труппа.

 — Вы сами в детстве танцевали уличный hip-hop?

 — Конечно. Я вырос в таком квартале Лиона, где hip-hop танцуют почти все. Я тогда учился в акробатической школе, но очень хотел заниматься каким-нибудь сценическим видом искусства, участвовать в спектаклях. А став взрослым, соединил два своих детских увлечения: уличный танец и мечту о театре.

 — В спектакле «Solo» танец hip-hop существует в необычном контексте: скрипки, пюпитры…

 — Мне кажется очень важным конфликт несовместимых вещей и понятий. Скрипка — символ того искусства, мироощущения, которое, наверное, дальше всего отстоит от танца hip-hop. С другой стороны, в нашем спектакле звучит арабо-андалузская музыка, в которой скрипка играет очень важную роль. Все в нашем мире связано, даже то, что кажется несовместимым…

 — Посмотрев Ваш спектакль, трудно представить, что такой танец — динамичный, выразительный и ассоциативно емкий — мог вызывать резкое неприятие…

 — Hip-hop не просто танец улицы, а искусство городских окраин и пригородов. В неприятии этого стиля проявлялись политические, этнические предубеждения людей. Это можно назвать расизмом. Но нам нужно было преодолеть не только социальные, а и эстетические преграды. Наверное, людям традиционной культуры hip-hop казался просто спонтанным выплеском эмоций, ни на что большее не способным. В самом деле, что можно ждать от уличного танца? А мы хотели доказать современной публике, что наши спектакли — это не набор трюков, что они могут нести художественный смысл. Мне кажется, это удалось. Нас очень тепло принимают в разных городах и странах — так же, как это было на спектакле в Днепропетровске.

Радушие зала ценят все исполнители, но для нас оно особенно много значит. Происхождение стиля накладывает отпечаток на ощущения актера: поначалу танцор hip-hop чувствует себя как бы исключенным из общества, маргиналом. И когда публика откликается с таким жаром, когда возникает единение зала и сцены, для нас это очень важно еще и с психологической точки зрения.

 — Сделав уличный танец искусством, Вы сохраняете связь с улицей?

-Да, мы выступаем не только на театральных подмостках, даем и уличные представления. Во-первых, потому, что это совершенно разный опыт. Выступление на улице — это, как правило, импровизация, моментальный отклик артиста на окружающую его ситуацию. А то, что мы показываем на сцене, результат работы, которая длится три-четыре месяца, соединение хореографии и музыки с другими элементами сценического действа. Кроме того, стиль hip-hop постоянно развивается, черпая новые идеи, движения, жесты из разных источников, прежде всего, из той среды, в которой этот стиль возник…

 — Hip-hop — молодежный стиль. Значит, Ваши спектакли — это театр молодых танцовщиков и молодых зрителей?

 — Вовсе нет. Наши театральные и уличные выступления смотрят люди разных возрастов — от детей до стариков. Но и танцевать hip-hop могут все. Мы проводили тренинги с людьми шестидесяти лет, и они занимались с удовольствием.

 — В Вашем спектакле есть очень сложные трюки, например, когда танцор довольно высоко взбегает по вертикальной стене, или делает перевернутый «волчок»: кружится в стойке на голове. Или вертится в знаменитой «позе крокодила», которая и в статике-то считается очень сложной. Глядя на все эти чудеса, трудно поверить, что любой молодой человек может овладеть такой виртуозной техникой…

 — Фигурам «высшего пилотажа» предшествуют годы упорных тренировок. Но техника hip-hop доступна всем, хотя, конечно, существуют разные уровни сложности. Чтобы получить надежную техническую базу, достаточно двух-трех занятий в неделю по полтора-два часа. Ну, а мы занимаемся от двух до шести часов ежедневно.

 — В современной хореографии существует множество стилей, техник. Есть ли в них что-то общее, что позволяет всё это разнообразие объединить под одним именем — «свободный танец»?

 — Действительно, в отличие от классического балета, где канон, жесткие правила очень заметны, в современной хореографии на первый план выступает ее разнообразие, многочисленные стилевые течения. Но есть в них и общее — это умение группироваться, расслабляться, делая то и другое резко, практически мгновенно. Кроме того, танцовщик должен уметь передавать расслабление или напряжение из одной части тела в другую. И, наконец, в свободном танце фундамент всего — внутреннее состояние танцующего; все рождается в голове и в душе, а затем превращается в движение.

 — Год назад на международном фестивале танца в Германии Вы были отмечены премией, наравне со знаменитым хореографом Морисом Бежаром. Как мэтры относятся к новым «звездам»?

 — Во Франции современный танец динамично развивается, он очень популярен как среди профессионалов, так и у широкой публики. Должно было пройти время, чтобы все они по достоинству оценили hip-hop, в котором поначалу видели явление социальное, а не художественное. Но сегодня многие известные люди с удовольствием сотрудничают с нами. Как и классическая хореография, hip-hop находится в общем потоке современного танцевального движения.

Людмила ТОМЕНЧУК

Архив


Адрес для корреспонденции:
ул.Исполкомовская, 24
Днепропетровск, Украина 49000


Разработчик студия 908
информация о проекте
Электропочта:
Телефоны: +380 (56) 371-0-971